Экономический кризис и слабая власть. Причины конфликта на границе Киргизии и Таджикистана

Андрей Казанцев — о том, почему спустя три десятка лет после распада СССР не поделена приграничная территория

Ситуация на границе Киргизии и Таджикистана обострилась 28 апреля в результате конфликта между местными жителями из-за водораспределительного узла "Головной" в верховье реки Исфара.  Обе стороны считают, что объект находится на их территории.

Причина обострения заключается прежде всего в наличии достаточно сложной границы, которая не была лимитирована еще с распада Советского Союза. Из примерно 980 км в процессе делимитации и демаркации описано только около 580 км. Территория по рельефу изобилует выступами в обе стороны, имеет анклавы и эксклав, а также целый ряд водных источников и каналов, которые являются спорными.

В условиях густонаселенной Ферганской долины любой конфликт, особенно на почве воды, может перерасти в столкновение. Уровень жизни в Ферганской долине сейчас очень низкий, наблюдается экономический кризис, и вопрос того же распределения столь необходимой для людей воды становится особенно важным для сельских общин.

Влияние криминала

Но, кроме этого, следует иметь в виду, что общей конфликтогенной ситуации способствует и то, что в этом приграничном регионе наличествуют очень серьезные нетрадиционные угрозы безопасности. Через эту территорию пролегает так называемый Северный маршрут транспортировки наркотиков. Вещества идут из Афганистана через Центральную Азию — Таджикистан, Кыргызстан, Казахстан, дальше в Россию и в Восточную или Северную Европу. Как раз через этот отрезок границы между Таджикистаном и Кыргызстаном в Ферганской долине и проходит основной поток, а город Ош в киргизской части служит основным перераспределительным центром.

Соответственно, в этом регионе очень сильны разного рода криминальные группировки. Уже известно, что министры иностранных дел двух стран договорились о прекращении огня и замораживании конфликта. Однако говорить о том, что правительства смогут полностью остановить столкновения, нельзя. Можно предполагать, что они будут периодически вспыхивать просто потому, что контроль на самой территории центрального руководства и в Душанбе, и в Бишкеке на данный момент не очень сильный.

Сообщают, что в перестрелках на границе участвовали силовые структуры обеих стран. Но проблема в том, что очень сложно в условиях Кыргызстана и Таджикистана отличить криминальные группировки от некоторых официальных структур. При этом степень контролируемости ситуаций силовиками на местах со стороны центрального правительства обоих государств также невелика.

Поэтому во многом конфликт будет определяться именно локальной динамикой, а не тем, о чем будут договариваться центральные правительства.

Последствия

Подобные столкновения на границе Таджикистана и Кыргызстана наблюдались и ранее, также были уже и случаи применения минометов. Из принципиально нового в этом обострении только то, что масштаб столкновений чуть больше, чем обычно. А так, в принципе, сценарий достаточно традиционный — происходит столкновение на местах, потом центральные правительства как-то их разводят. Достаточно очевидно, что ни одна из сторон ни войны, ни какого-то локального серьезного конфликта не хочет, но и проконтролировать ситуацию всерьез тоже не может. Поэтому стоит ожидать, что это будет такой вялотекущий конфликт с совершенно непредсказуемой динамикой — центральные правительства будут пытаться договориться, провести делимитацию границы, а противоборства разных местных групп, зачастую с каким-то полукриминальным душком, неизбежно продолжатся и спровоцируют новые столкновения.

Что касается влияния каких-то крупных зарубежных стран — здесь его трудно найти, если иметь в виду именно спор из-за воды. Однако есть общие негативные последствия этого конфликта в контексте геополитической ситуации региона.

Основная угроза, с которой сейчас сталкиваются страны Центральной Азии, заключается в том, что эти государства не всегда могут противостоять тем самым нетрадиционным вызовам и угрозам безопасности вроде наркоторговли, организованной преступности и, самое главное, деятельности террористических и экстремистских группировок. Сейчас в контексте того, что происходит, например, в соседнем Афганистане, создается угроза того, что нестабильность из этой страны будет дальше перетекать в соседние страны и там соединяться с тем бардаком, который происходит у них в приграничных районах. То есть может способствовать дальнейшему ослаблению возможности официальных властей Бишкека и Душанбе как-то проконтролировать ситуацию на местах.

В этом случае государства рискуют вернуться к положению, которое царило в них в конце 1990-х годов. Напомню, тогда Таджикистан лежал в руинах, превратился в несостоявшееся государство в период гражданской войны. А Киргизия, например, не смогла противостоять очень небольшой группе боевиков из Исламского движения Узбекистана (запрещена в РФ). Она через Таджикистан пришла в южную Киргизию, как раз в те районы, где мы наблюдаем ожесточенные столкновения, по пути в Узбекистан. Тогда была целая Баткенская война, где пришлось задействовать силы государств Договора коллективной безопасности, в который входит Россия и ряд соседних центральноазиатских стран.

Спустя три десятка лет как распался СССР власти так и не смогли разобраться в территориальных вопросах на границах государств. А причины этого все те же — низкая дееспособность правительств. Ну и плюс, честно говоря, никто об этом не подумал вовремя — до тех пор, пока не начались столкновения.

 

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *