Кризис в Афганистане: проблемы безопасности России и стран Центральной Азии. Часть 2

Последний довод королей

Что Россия может и должна делать для борьбы с угрозой нестабильности на афганско-центральноазиатском направлении?

В свое время кардинал и премьер-министр Франции Ришелье приказал выбить на французских пушках слова «Ultima ratio regis» (перевод с фр. —«Последний довод королей»). Смысл этого выражения был в том, что сначала следует предпринимать все усилия дипломатического характера для недопущения конфликта, а затем, если это не удается, то последний довод — это оружие.

Как недавно отметил, в своем выступлении на брифинге в РИА-Новости спецпредставитель президента РФ по Афганистану Замир Кабулов, угроза для России из Афганистана реализуется только в том случае, если ничего не делать для противостояния ей.

Рациональный анализ российской позиции по Афганистану может выявить два уровня усилий по нейтрализации угрозы.

Первый — это усилия МИД России по разрешению сложного комплекса глобальных и региональных узлов, завязавшихся вокруг Афганистана, для того чтобы усиливающийся вокруг этой страны конфликт не коснулся России. Это чрезвычайно сложная задача, требующая мудрости и гибкости. Вкратце охарактеризую сложность задач, с которыми сталкивается российская дипломатия. Афганистан оказался в центре глобальных разногласий между 1) США и Россией, а также 2) Китаем и США. На региональном уровне вокруг этой страны имеет место 1) конфликт Индии и Пакистана; 2) частично Индии и Китая (как ключевого союзника Пакистана); 3) Ирана и монархий Персидского залива, шиитов и суннитов на Большом Ближнем Востоке; 4) противоречия между пуштунами и национальными меньшинствами Афганистана, где ключевую роль играют таджики, а также проблема разделенного между Афганистаном и Пакистаном пуштунского народа.

Противоречия между США, с одной стороны, а также Россией и Китаем — с другой (особенно после того, как Москва и Пекин заключили соглашение о сопряжении китайской Инициативы пояса и пути и ЕАЭС, что особенно важно для Центральной Азии) хорошо всем известны. Менее известны региональные узлы противоречий, чреватые большой войной «всех со всеми» по образцу Сирии или Ливии.

Например, при помощи Ирана афганские шииты-хазарейцы создали весьма боеспособное ополчение «Фатимиюн». Оно закалено в боях (в частности, в Сирии) и может быть задействовано против талибов в связи с тем, что у хазарейцев остались очень тяжелые воспоминания о терроре против шиитов, которыми сопровождалось недолгое правление Талибана. Да и в ходе войны с американцами талибы (это вопрос дискуссионный, так как сами талибы говорят, скорее, об ИГИЛ в этом контексте) зачастую организовывали теракты против шиитов, как в Афганистане, так и в Пакистане. Таким образом, суннитско-шиитский конфликт с Ближнего Востока может (в том числе, благодаря финансовым ресурсам, постоянно притекающим в Афганистан из стран Персидского залива) легко распространиться и на эту страну.

Пакистан и Афганистан — это две страны, разделенные условной «линией Дюрана», проведенной еще британскими колониальными властями. Причем большая часть пуштунов (титульного этноса Афганистана) проживает в Пакистане. Поэтому Исламабад заинтересован в таком правительстве в Кабуле, которое не будет поднимать вопрос о независимости Пуштунистана. В свою очередь Индия будет до конца поддерживать любое правительство Афганистана, которое будет проводить независимую линию по отношению к Пакистану. Пакистанская межведомственная разведка (ISI) — это особый игрок, и разные его ветви связаны с такими разнообразными силами, как Китай, США и страны Персидского залива (где многие пакистанские военные «подрабатывают» в местных армиях). Отсюда возникает тенденция афганских политических сил в любых проблемах своей страны винить именно пакистанскую разведку.

Афганистан разлагают проблемы межэтнического противостояния по линии пуштуны — национальные меньшинства. В случае дальнейшей дестабилизации обстановки вполне возможно возникновение нового противостояния по линии Талибан — возобновленный Северный альянс. При этом разные силы обратятся к разным игрокам за помощью. Скажем, пуштуны — к Пакистану, возможно также, к Китаю, США или странам Персидского залива; хазарейцы — к Ирану; таджики — к Таджикистану, России, возможно, к Индии; узбеки — к Узбекистану, Турции и России. Все это уже было в 1990-е гг. в период гражданской войны между пуштунскими и таджикскими моджахедами, а потом между Талибаном и Северным Альянсом.

Второе направление афганской политики РФ — это усилия по линии российского министерства обороны и ОДКБ, направленные на укрепление обороны центральноазиатских стран, безопасность которых гарантирует Россия. Это формирование некоего внешнего «защитного вала», который может предохранить нашу страну в случае резкого обострения ситуации в Афганистане. С учетом всех сложностей дипломатического урегулирования это направление очень важно.

В рамках ОДКБ Россия поставляет оружие Таджикистану и Киргизии, как по субсидируемым ценам, так и вовсе бесплатно. Также осуществляется льготное обучение военнослужащих стран ОДКБ. Российские военные базы расположены в Таджикистане (201 база, бывшая 201 дивизия) и Киргизии (авиабаза в Канте), есть и другие военные объекты в странах ОДКБ. ОДКБ регулярно проводит учения, направленные на борьбу с возможными прорывами боевиков через границу (Рубеж) и с наркотрафиком в Россию, который может использоваться в том числе для финансирования боевиков (Канал).

В последнее время происходит сближение позиций России и Узбекистана. В частности, военные России, Таджикистана и Узбекистана с 5 по 10 августа 2021 г. проводят совместные учения на полигоне Харб-Майдон, который расположен в 20 км от таджикско-афганской границы.

Важно отметить, что Россия, помогая странам Центральной Азии в обеспечении их безопасности, способствует и обеспечению безопасности Европы. Уже сейчас афганцы находятся среди трех основных групп беженцев в Германии (наряду с сирийцами и иракцами). Пока волны беженцев из Афганистана не затрагивают северное (российское) направление. Однако в случае масштабной дестабилизации на границах Афганистана и Центральной Азии это может произойти (как это было в 1990-е гг., когда в Россию бежали сначала сторонники НДПА из Афганистана, а затем беженцы от таджикской гражданской войны). Таджикистан к этой новой волне беженцев уже готовится, а США даже специально запрашивали страны Центральной Азии о возможности направления части беженцев. В этом случае, скорее всего, эта новая волна беженцев захлестнет и Европу.

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *