Почему государственность, которую США создавали в Афганистане 20 лет, так легко рассыпалась

Около двух недель понадобилось боевикам радикального движения «Талибан»*, чтобы успешно провести наступление и захватить все крупные города Афганистана, а также получить обещание от правительственных сил о мирной передаче под их контроль столицы страны — Кабула.

*Движение «Талибан» признано в РФ и многих других странах террористическим и запрещено (указываем по требованию российского законодательства).

Источник: Триумфальное возвращение «Талибана»

В последних числах июля талибы начали штурмовать Герат и Кандагар. Затем они приступили к атакам на административные центры других провинций. 6 августа почти без сопротивления они взяли под свой полный контроль первую региональную столицу — город Зарандж в юго-западной провинции Нимроз. И затем ежедневно занимали — чаще всего без боя — по несколько алминистративных центров в день.

15 августа они вышли на окраины Кабула, исполняющий обязанности министра внутренних дел Афганистана Абдул-Саттар Мирзакваль заявил, что столица будет передана боевикам без сопротивления.

Так и случилось.

Афганское государство, которое США и их союзники пытались выстроить 20 лет, развалилось почти мгновенно.

Понятно, что афганская армия, даже самая боеспособная её часть, деморализована, устала от бесконечной войны, понесла значительные потери, но там где солдатам не отдавали приказ сдаваться, они сопротивлялись ожесточенно и долго. Например, в столице провинции Гильменд Лашкаргахе солдаты и полицейские оборонялись в нескольких укрепленных комплексах около трех недель. И сдались талибам только тогда, когда стало известно, что регионы один за другим без сопротивления переходят к боевикам.

Чтобы свергнуть Мухаммеда Наджибуллу, просоветского афганского правителя, моджахедам, открыто поддерживаемым США и Пакистаном, нужно было целых три года после вывода советских войск из Афганистана. И то — его поражение состоялось лишь тогда, когда правопреемница СССР Россия полностью прекратила поставки топлива и боеприпасов афганской армии.

В 1990-х талибам понадобилось почти 4 года сражений, чтобы войти в Кабул. Поэтому нынешний захват власти талибами очень похож на «договорной матч».

Наступление быстрее вывода

Хотя фактически США полностью свернули свою военную миссию в Афганистане в начале июля — когда последние американские военнослужащие покинули стратегически важную авиабазу в Баграме, — официально Вашингтон планировал объявить об окончании процесса вывода своих подразделений к концу августа 2021-го года.

Наступление «Талибана», напомню, началось сразу после того, как стартовал вывод оставшихся военнослужащих США и их союзников из Афганистана, в мае. Пока иностранные солдаты паковали свои вещи и передавали ключевые военные объекты — например, авиабазы — афганским силовикам, талибы уже успешно захватывали один сельский округ за другим. Очень часто боевикам сдавались афганские силовики без боестолкновений — передавали свою бронетехнику и опорные пункты радикальному движению при посредничестве местных старейшин.

С одной стороны, ничего удивительного в том, что афганские солдаты сдаются талибам, особенно, если это местные уроженцы, — нет. Такое случалось и раньше.

Нередко в армию и полицию местные жители шли служить от нужды — хоть какая-то гарантированная зарплата плюс возможность получать выгоду коррупционными путями. Но погибать ради кабульского правительства, которое не может решить множество социально-экономических проблем на протяжении многих лет, особо никто не хотел.

Однако сдача уездов в мае и начале лета происходила массово. Такого раньше, за 20 лет после начала военной миссии США в Афганистане, не бывало. Через пару месяцев, например, талибы смогли контролировать почти всю протяженность границы с Туркменией, Узбекистаном и Таджикистаном. Правительство стало жаловаться на падение доходов от трансграничной торговли. Ситуация стабильно ухудшалась, но еще не выглядела катастрофически. Можно было бы еще сопротивляться дальше и пытаться найти компромиссное решение конфликта.

При этом представители властей США и Евросоюза призывали талибов договориться о мире с кабульским правительством и обещали не признавать их власть, если они захватят Кабул. Угрожающая риторика со стороны американцев и европейцев в адрес «Талибана» усилилась после того, как в августе боевики радикального движения приступили к штурму городов.

В свою очередь, наращивая подконтрольные территории, талибы объявили, что не собираются создавать переходного правительства с нынешними кабульскими властями. Премьер-министр Пакистана Имран Хан подтвердил достаточно долго распространявшееся мнение, что радикальное движение не устраивает фигура президента Ашрафа Гани — только после его ухода с поста они намеревались прекратить вооруженное насилие.

Гани не уходил, талибы наступали. К середине августа ситуация стала катастрофической для афганских властей. Боевикам сдались самые боеспособные корпуса армии. После того, как без боя талибы взяли крупнейший город на севере страны — Мазари-Шариф — один из лидеров общины афганских таджиков, командир ополченческих формирований Атта Мухаммад Нур заявил, что город был сдан в результате «организованного заговора».

15 августа президент Гани покинул Кабул, позднее сделав весьма в Facebook странное заявление о своей отставке. Страну также покинули активные участники антиталибского сопротивления — Нур и маршал Абдул-Рашид Дустум.

При этом до сих пор США не провели формальной церемонии окончания своей миссии в Афганистане. Наоборот, они краткосрочно увеличили численность своего контингента, охраняющего посольство и международный кабульский аэропорт, чтобы эвакуировать 4-тысячную дипломатическую миссию. Свои посольства после окружения Кабула талибами также эвакуировали многие страны, которые принимали участие в военной миссии на афганской территории.

Кому выгодно?

Пока нарастала капитуляция афганской армии и чиновников в провинциях, в социальных сетях набирала популярность кампания против Пакистана. Афганские общественные деятели и иностранные обвиняли пакистанские власти в том, что нынешнее обострение ситуации — это «проксивойна» Исламабада в Афганистане.

В том, что в отрядах талибов — ребят с автоматами Калашникова, ручными гранатометами советского производства и в шлепанцах на босу ногу — достаточно много офицеров регулярной пакистанской армии. Якобы, именно они занимаются тактическим планированием. Действительно, Пакистан имеет более профессиональную армию, чем афганское правительство (теперь бывшее). У Пакистана серьезные амбиции по поводу влияния в Афганистане. Но, к примеру, специальный представитель президента России по Афганистану Замир Кабулов считает, что Исламабад лишь имеет наибольшее влияние на талибов, но не контролирует их полностью.

Исходя из того, как быстро коллапсировала афганская система безопасности перед этими «ребятами в шлепанцах», можно предположить, что Нур прав: без некого организованного заговора тут не обошлось.

В то же время стоит учитывать тот факт, что афганское общество устало от всех этих Нуров, Дустумов, даже Гани с американским образованием и женами-христианками — так как они показали свою неспособность добиться развития страны. Коррупция, клановость, раздробленность по этно-религиозному принципу — масса проблем в стране за последние двадцать лет так и не решены. Афганское общество, по сути, выдало американцам кредит доверия, когда поддержало разгром режима талибов. Но эти надежды не оправдались. «Талибан» взошел на трон еще более сильным и самоуверенным.

Тем не менее, радикалы снова взяли власть благодаря сговору за спиной афганского народа. И мы до сих пор не знаем мнения ни простых таджиков, ни узбеков, ни тем более хазарейцев, которых талибы только за один августовский день 1998-го года истребили 8000 человек.

И пока неизвестно — будут ли впоследствии чаяния афганского многонационального народа как-то отражены при формировании новой власти: состоятся ли выборы новой Джирги или парламента при талибах?..

Что будет дальше?

Важно понять, насколько «Талибан» нынешний отличается от того «Талибана», который правил в Афганистане, хотя не был признан международным сообществом, во второй половине 1990-х. Формально сейчас радикальная организация, захватившая власть в Кабуле 15 августа, на словах позиционирует себя, как нечто похожее на современные монархии Персидского залива: прогрессивное мусульманское государство.

Однако уже сейчас в витринах кабульских салонов красоты замазывают изображения женщин с открытыми лицами. Хотя, например, даже в крупных городах Саудовской Аравии подобная реклама разрешена. Кроме того, талибы планируют вернуть такую норму наказания, как забивание камнями — с оговоркой, что будет подобное проводиться исключительно по приговору суда. К слову, в 1990-е забивание камнями насмерть активно практиковалось.

Нужно понимать, что основную массу боевиков «Талибана» составляют сельские жители с очень ограниченным образованием. В какой-то мере можно сравнить радикальное афганское движение с «красными кхмерами» Пол Пота, захватившими власть в Камбодже в апреле 1975 года — это, конечно, революционный процесс, но это революция не ради прогресса, а ради примитивизации.

Представления талибов о развитии имеют характер средневековых, хотя они и активно пользуются для пропаганды своих идей теми же социальными сетями.

И тем не менее. Они, действительно, могут прекратить войну в Афганистане. А ведь именно наступления мира больше всего хотят афганцы. Талибы могут решить проблемы коррупции, в которой погрязло афганское общество, — с помощью своих жестоких карательных мер. Талибы вполне могут сделать Афганистан важным транспортным узлом в международной торговле, где безопасно будут перемещаться грузы — за иностранные деньги. Ведь деньги им нужны, а Афганистан — «сердце Азии» — исторически находится на перекрестке различных цивилизаций.

Вероятно, возглавит новый «эмират Афганистан» мулла Абдул-Гани Барадар. Еще три года назад он сидел в пакистанской тюрьме, откуда был выпущен по настоянию США, чтобы вести мирные переговоры в Дохе. Барадар был одним из ближайших соратников лидера талибов муллы Омара, умершего (по другой версии, убитого) в начале 2010-х.

В прошлом Барадар воевал против советских войск на стороне моджахедов, позднее, когда талибы пришли к власти в Афганистане, занимал руководящие должности при их режиме (среди прочего исполнял обязанности министра обороны). Позднее участвовал в боевых действиях против американских войск. В 2010 году был задержан правоохранительными органами на территории Пакистана. В октябре 2018-го его освободили.

Спустя три года Барадар, уже лично перезнакомившийся с дипломатами ведущих мировых держав, является главным претендентом на президентское (его, разумеется, как-то иначе назовут талибы) кресло в главном дворце Кабула.

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *