Госбюджет Кыргызстана: между рынком и преступниками

Что уничтожает правительство, но не дает развалиться государству?

Положение Кыргызской Республики в Центральной Азии уникально.
Кыргызстан — единственное государство региона, которое не является авторитарным. Кроме Кыргызстана, в регионе просто нет других стран с действующими демократическими институтами*. Нет стран, лишенных сильного регулятора бизнеса в лице государства. И нет стран, где за последние 20 лет произошла хотя бы одна революция (в Кыргызстане произошло три).

Источник: Госбюджет Кыргызстана: между рынком и преступниками. Что уничтожает правительство, но не дает развалиться государству?

…с другой стороны, Кыргызстан — именно то государство, где происходит наибольшее количество акций гражданского протеста в постсоветской Центральной Азии. И это тоже радикально отличает его от всех стран региона.

 

Events
Infogram

 

Процент насилия в отношении мирных жителей в Кыргызстане при этом самый низкий среди стран региона. Это дает основания предположить, что в Кыргызстане преобладает не насилие милиции против гражданских (как у всех его стран-соседей), а наоборот — насилие граждан в отношении милиции.

Из пяти избранных президентов Кыргызстана трое были отстранены в результате революций. Очевидно, что какие-то уникальные факторы не дают кыргызскому правительству не только подмять под себя гражданское общество (по аналогии с остальными республиками ЦА), но и навести элементарный порядок.

Сами кыргызские чиновники связывают слабость государства с недостатком средств в госбюджете.

"Главная проблема любого государства — пополнение казны. Если будет пополняться казна, то появится возможность для улучшения жизни людей, поднимутся пенсии, зарплаты, будут совершенствоваться инфраструктура и другие сферы жизнедеятельности страны. Только тогда мы сможем стать сильным государством. Мы договорились с Акылбеком Жапаровым (премьер-министр КР). Он дал слово, что бюджет текущего года завершит в 280 млрд сомов ($3,3 млрд), а в следующем году в 400 млрд сомов ($4,7 млрд). Если он не сможет это сделать, то я приму меры."

Садыр Жапаров

Действующий Президент Республики Кыргызстан

Примем эти слова в качестве отправного пункта. Государственный бюджет — основной драйвер развития большинства стран в мире. Бюджетными вливаниями государство устанавливает правила игры для крупных игроков — национальных и иностранных коммерческих компаний. Бюджетные вливания в силовые структуры обеспечивают исполнение законов, стимулируют развитие промышленности и образования, кадрового и научного потенциала страны.

Согласно нашей гипотезе, кыргызский государственный бюджет почему-то НЕ справляется с возложенными на него задачами.

При этом Кыргызстан относительно успешно развивается. Но это развитие не является результатом действий часто меняющихся правительств. Уникальное сочетание факторов позволило стране создать хрупкий финансовый баланс, обеспечить стабильность в условиях тотального снижения роли государства в жизни общества.

Но стоит балансу на мгновение нарушиться…

И вся система госуправления рассыпается как карточный домик.

А после этого почти мгновенно собирается заново. Почему?
Какой неизвестный элемент в уравнении не дает никакому правительству набрать влияние, но при этом раз за разом сохраняет и в считанные дни восстанавливает саму государственную власть?
Что обеспечивает экономический рост стране?
С какими вызовами сталкивается государственный бюджет республики в своих попытках финансировать эффективный административный механизм?
Попробуем разобраться.

Вызов 1

Государство в Кыргызстане очень бедно?
 

Кыргызстан — одна из беднейших постсоветских республик. У него самый маленький бюджет. По объемам ВВП на душу населения он также отстает почти что ото всех остальных бывших стран СССРБеднее Кыргызстана только Таджикистан, который не является свободной страной для бизнеса и до сих пор не восстановил своих финансовых показателей после гражданской войны 1990-х годов.

 

Бедность закономерно отражается на способности бюджета выполнять поставленные перед ним задачи. Среди республик Центральной Азии с рыночной экономикой наименьшее количество бюджетных средств в год на одного гражданина выделяется в Кыргызстане.
В общем же ряду, с учетом стран с нерыночной экономикой, Кыргызстан предпоследний. Туркменистан выделяет $4032 в год на человека. Казахстан — $1799 , Узбекистан — $381, Кыргызстан — $371,Таджикистан — $270.

 

Untitled dashboard
Infogram

 

Можем ли мы объяснить социальную уникальность Кыргызстана нехваткой денег?
Возможно, у правительства просто не хватает средств ни для того, чтобы содержать достаточное количество силовиков (как у авторитарных соседей) и подавлять протесты, ни для того, чтобы вести адекватную социальную политику?

Гипотезу о нехватке средств в бюджете (в качестве основной причины социальной уникальности Кыргызстана) несколько подмывает Таджикистан.
По ряду основных признаков (горный ландшафт, инфраструктурные проблемы) он очень схож с Кыргызстаном. По другим (удобство ведения бизнеса, открытость внешним инвестициям, качество образования) сильно отстает от него.
Кыргызская клановая специфика, мешающая развивать Кыргызстан по мнению аналитиков, ярко представлена и в Таджикистане (Гражданская война в Таджикистане 1992-1997 гг). При этом в Таджикистане нет всего того, что есть в Кыргызстане — развитого рынка, сектора туризма, активной торговли с соседями, динамичной легкой промышленности.
Бюджетных средств на душу населения в Таджикистане приходится заметно меньше, но в стране не устраивают регулярных революций. Неужели там сумели решить задачу удовлетворения социальных потребностей общества за намного меньшую сумму, чем кыргызы?
Или, возможно, более бедный Таджикистан имеет какое-то финансовое преимущество перед Кыргызстаном?

В теории — да, имеет. И это преимущество территории. Площадь Таджикистана заметно меньше, а плотность населения — выше. Если в Кыргызстане мы видим 33-х человек на 1-м квадратном километре, то в Таджикистане уже 67. Со своим меньшим бюджетом Таджикистан имеет $18252 бюджетных средств для благоустройства 1-го квадратного километра страны, а Кыргызстан (вдвое меньшее население на заметно большей территории) только $12354.

 

Cracked Earth
Infogram

 

И в этом графике Кыргызстан — наибеднейший участник среди других стран постсоветской Центральной Азии.

Стоит ли считать это определяющим фактором?

Как правило, разные страны слишком отличаются друг от друга, чтобы их можно было сравнивать. Казахстан и Кыргызстан находятся на нашем графике рядом, однако, при оценке их, мы должны учитывать специфику каждой страны в отдельности.

Но Кыргызстан и Таджикистан похожи по характеру ландшафта.
Меньшая территория и более плотное население в теории дают Таджикистану значительную экономию на социальной инфраструктуре.

Дороги, водопроводы, школы, больницы, пункты полиции, военные базы — всего этого нужно меньше и всё это обслуживает большее количество населения.
С другой стороны, большее население должно создавать и большие проблемы.
Но более бедное население Таджикистана, аналогично разбитое на кланы и способное к более оперативной мобилизации в случае гражданских акций, почему-то не проявляет такой высокой социальной активности, как жители Кыргызстана.

Подводя промежуточные итоги. Мы убедились в том, что Кыргызстан довольно беден по меркам центральной Азии. Но это не объясняет, почему в республике регулярно происходит слом политических структур. Более густонаселенные соседи Кыргызстана успешно контролируют социальную ситуацию за счет почти аналогичных (Узбекистан, $381 на 1-го гражданина) или даже меньших (Таджикистан, $270) бюджетных средств.

В итоге, мы пока не подтвердили и не опровергли нашу гипотезу и не выявили искомый финансовый фактор X, который делает ситуацию в этой Республике уникальной.

Вызов 2

Госбюджет Кыргызстана мал не только в абсолютном, но и в относительном смысле?

Теоретически важно не то, как велик бюджет, а то, насколько эффективно его используют. Однако теория регулярно расходится с практикой.
Государственный бюджет Кыргызстана — самый маленький игрок в ряду финансовых сил, которые сознательно оказывают влияние на происходящее в Республике. Он так мал, что не может конкурировать по объемам даже с денежными переводами от кыргызских граждан, работающих за рубежом. Большая часть этих переводов приходится на Россию.

 

 

 

Это означает, что российское правительство (в теории) в любой момент способно аннулировать 25% кыргызского ВВП. И вынуть из кыргызской экономики сумму, равную всему госбюджету Кыргызстана (причем это не единственный значимый рычаг, которым российское правительство воздействует на кыргызское).

Обороты же торговли и вовсе многократно превосходят госбюджет по влиянию на экономику.

 

Понятие "торговля" многообразно. Семечки, подержанные иномарки, ядерные реакторы — все это тоже торговля. Рыхлое, нескоординированное объединение миллионов разных людей. Предполагать, что рыночная торговля может выступать в роли единой, организованной силы и даже осознанно конкурировать с государством — странно.

Для понимания исторического контекста: борьба в ходе Тюльпановой революции, сместившей первого президента независимого Кыргызстана Аскара Акаева), с разных сторон финансировалась двумя депутатами (по мнению кыргызских СМИ — одновременно и криминальными авторитетами), контролировавшими два крупнейших рынка в стране (это важно для оценки ситуации и чуть ниже мы к этому вернемся).

Безусловно, один этот пример не характеризует всю ситуацию и не позволяет сделать вывод, что рынок в Кыргызстане в каком-то смысле "главней государства". Но в структуре налоговых поступлений за 2019* год мы видим, что 56,1% от всех налогов приходится на поступления от налогов на импортные товары (31,9% НДС на ввозимые товары, 13,8% ввозные таможенные пошлины, 7% акцизы за товары, ввозимые на территорию КР, 3,4% таможенные платежи). Ещё 3,4% от налогов — налог с продаж.

Мы осознанно берем для разбора 2019-ый год, как более типичный. В 2020-м страна была закрыта и возможность поток импортных товаров существенно снизился, т.е. экономика работала не по обычным правилам, а 2021-й еще не кончился.

То есть около 56% поступлений от налогов в стране дает даже не торговля в целом, а лишь одни налоги на импорт. Оборот же от торговли в целом формирует свыше 30% всего государственного бюджета Кыргызстана… и около 2/3 от ВВП.

Для сравнения — в соседнем Казахстане свыше 30% от госбюджета формируют налоги от экспорта нефти. По объему своего вклада в госбюджет и экономику — торговля в Кыргызстане играет ту же роль, которую в Казахстане играет нефть.

Торговля — нефть Кыргызстана? Это очень опасное сравнение. Оно свидетельствует о коренной зависимости экономики. Ведь если большая часть налогов — налоги на импорт, а основными источниками импорта в страну являются Китай, Россия и Казахстан…

 

…то импорт Кыргызстана опасен. Он не разбит на десятки источников. По существу, поступления товаров (а, следовательно, денег в экономику и налогов — в бюджет страны) зависят всего от двух крупнейших соседей.
Китай в этом списке на первом месте, но страны ЕАЭС сообща вроде бы пока перекрывают импорт из КНР. Значит ли это, что в наибольшей степени экономика Кыргызстана зависит именно от России (с учетом данных по денежным переводам)? Не будем торопиться с выводами.

Подводя промежуточные итоги. Бюджет Кыргызстана не доминирует в экономическом пространстве Республики. Для жителей Кыргызстана существует как минимум ещё один сравнимый по объемам с госбюджетом источник денег (переводы из России). Этот источник неподконтролен правительству. В любой момент Российская Федерация может нанести экономике Кыргызстана невосполнимый ущерб, который не будет компенсирован бюджетом.

Торговля в Кыргызстане служит фундаментом для всей экономики и зависит от поставок товаров из всего двух крупных источников.
Второй по значимости силой в экономике страны является Китай (официально второй по значимости). Он также способен уничтожить экономику Кыргызстана, введя эмбарго или временные ограничения на поставки. У правительства Кыргызстана нет внутренних финансовых ресурсов для того, чтобы проводить независимую политику.

Но все эти факты так и не дают нам ответа на вопрос, что в Кыргызстане делает его таким уникальным. Ведь не можем же мы объяснять наличие реально работающей демократии в стране — экономическим влиянием двух авторитарных соседей?!

Вызов 3

Объемы противопоставленной госструктурам теневой экономики делают госбюджет Кыргызстана ещё менее значимым?

Теневой рынок в Кыргызстане — богаче, чем правительство. Кыргызстан крупный источник китайской контрабанды для ЕАЭС.

 

Речь идет о миллиардах долларов ежегодно. Сравнивая данные китайской таможни (количество отправленного в Кыргызстан) и данные кыргызской таможни (количество поступившего из Китая), мы сталкиваемся с огромной разницей.

 

Согласно этим данным, Китай отправляет в Кыргызстан товаров на намного большую сумму, чем это признается и фиксируется кыргызской таможней.
В 2020-м году (при ограниченных возможностях для экспорта) Китай отправил в Кыргызстан товаров на 2,8 миллиарда долларов. И только 0,7 миллиарда были учтены кыргызской таможней.
За 19 лет Китай экспортировал в Кыргызскую Республику товаров примерно на 76 миллиардов долларов. Но через кыргызскую таможню прошло менее 20% (всего лишь около 15-ти миллиардов). Разница в суммах составляет около $61 000 000 000 (шестидесяти одного миллиарда долларов) за период с 2001 по 2020 годы.

То есть на границе Кыргызстана большая часть товаров ($61 000 000 000 за 20 лет) просто поднимается в воздух, пролетает над кыргызской таможней и возникает на территории Кыргызстана в обход статистики?

Подобная ситуация (если наша оценка объективна) ставит под вопрос статистические данные по кыргызскому производству. Оно может оказаться намного меньше , чем это официально фиксируется госорганами. Зависимость кыргызского государства от Китая в этом случае ещё больше увеличивается. Ведь при подобном раскладе Кыргызстан не производит широкой номенклатуры собственных товаров, а лишь частично* легализует импортные под местными брендами.

*Для точной оценки нет данных.

Гордость страны, источник пополнения бюджета, национальное производство — может оказаться на деле куклой, надетой на руку китайского фокусника. Муляжом.

И стоит Китаю на короткий срок прекратить поставки, как кыргызская экономика схлопнется. Государственный бюджет окажется не способен обеспечить условное импортозамещение и компенсировать разоряющимся торговцам их прибыли. И угроза эта отнюдь не иллюзорна.

Но, возможно, нарисованная нами картина — ошибочна? Возможно, существуют какие-то причины для подобных расхождений в данных таможен?

Кыргызские таможенники утверждают, что разница в объемах возникает в связи с разницей в методиках учета Китая и Кыргызстана. Мол, там, где китайская таможня видит 6 миллиардов долларов, кыргызская — видит всего 2т.к. китайцы пользуются методикой, которая существенно завышает объемы экспорта.

Чтобы проверить эту гипотезу достаточно прогнать весь цикл в обратном порядке. Сравним, сколько товаров отправляет Кыргызстан в Китай (по данным кыргызской таможни) и сколько товаров принимает Китай из Кыргызстана (по данным таможни Китая).
Если кыргызские таможенники правы, методика китайской таможни сильно завысит стоимость товаров, поставляемых из Кыргызстана.

 

Dashboard Red
Infogram

 

Некоторая разница в учете действительно присутствует. С 2016 года (в 2015 году Кыргызстан подписал документы о присоединении к Таможенному союзу и начал переход на единую с соседями методику учета) китайцы регистрируют меньшие объемы поставок из Кыргызстана, чем им (по данным кыргызской таможни) отправляют.
В 2020-м году из Кыргызстана отправили товаров на 43 миллиона долларов, а в Китай — пришло только на 34.

Получается, китайская таможня не завышает объемы проходящих через нее товаров. Она занижает их (в сравнении с методикой оценки таможни Кыргызстана). Кыргызская таможня наоборот стабильно показывает большие суммы экспорта из Кыргызстана, то есть её методика оценки стабильно увеличивает объемы отправляемого в Китай товара. Согласно этой картине — если из Китая отправляют товаров на 6,3 миллиарда долларов (2019), то кыргызская таможня должна регистрировать не 1,7 (как в действительности), а скажем 7,2.
Но этого не происходит.

Фиксируемая разница в методиках работает не на версию кыргызской таможни, а опровергает ее.

Еще одной версией* кыргызской таможни является то, что этот поток импорта идет не в Кыргызстан, а через Кыргызстан, мимо Кыргызстана. Это транзитные товары для всех остальных стран ЕАЭС. В каком-то смысле, это правда. Но…
*Кыргызская таможня постоянно озвучивает разные версии, т.к. у кыргызской общественности постоянно возникают вопросы.

"По информации Минторга Казахстана, киргизские перевозчики оформляют следующие через территорию республики грузы как предназначенные для России, а на деле оставляют их в Казахстане. По результатам выборочных проверок внутри РК из 2,1 тыс. грузовых автомашин с потребительскими товарами было проверено 194, и в 191 случае (98%) были выявлены факты лжетранзита при перемещении товаров из Киргизии в Россию. То есть товар, предназначавшийся по документам для России, на деле оставался в Казахстане".

Финпол Казахстана

«То есть кыргызский предприниматель заявляет, что его товар будет следовать в Россию. Однако товар «растворяется» в Казахстане, не пересекая казахстанско-российскую границу. Тем самым наносится урон экономике нашей страны, так как не уплачивается НДС и другие необходимые платежи в бюджет. В целом во втором полугодии 2019 года установлено 4,8 тыс. фактов, когда в товарно-транспортных накладных был оформлен транзит товаров из Кыргызской Республики в Российскую Федерацию, однако товары фактически остались на территории Казахстана без уплаты НДС».

Министерство торговли и интеграции Республики Казахстан

Казахстан открыто обвиняет Кыргызстан в том, что действия его бизнесменов наносят ущерб экономике и лишают их поступлений в бюджет

Но если эти деньги не попадают в госбюджеты обеих стран, то где же тогда они остаются?

Согласно расследованию Кыргызской редакции Радио Свобода замглавы кыргызской таможни вывел из страны сумму, сравнимую с третью годового госбюджета Кыргызстана. Информация об этом предоставлялась госорганам и самими госорганами (вышестоящему начальству) в 2014-м, 2016-м и 2017-м годах. О ситуации были в курсе три (!) президента Кыргызстана.

Тем не менее, он до сих пор на свободе. Почему?

"11 февраля 2021 года Первомайский райсуд Бишкека оштрафовал Матраимова на 260 тысяч сомов. Прокурор и судья учли, что "Матраимов возместил ущерб государству", хотя в итоге его признали виновным в коррупции. Арест с его имущества снят, а как только приговор вступит в законную силу, будет отменена и мера пресечения в виде подписки о невыезде. Позже суд прокомментировал свое решение. Этот приговор возмутил общественность, 14 февраля провели митинг против коррупции".

Спутник.Кыргызстан

"Эксперты, с которыми поговорило Радио Свобода, отмечают, что благодаря своим финансовым возможностям Матраимовы и связанная с ними партия "Мекеним Кыргызстан" фактически смогли победить в конкурентной, но грязной по своей сути борьбе за покупку голосов избирателей."

Радио Свобода
 

700 миллиардов долларов. Эти сумма, безусловно, не позволяет точно оценить объемов финансовой отдачи, полученной от незаконных операций. $700 миллиардов или даже, 1,4 миллиарда (выведенная через другие банки согласно этому же расследованию) — только та часть денег, которая дошла до верха и была выведена за пределы Кыргызстана. Ещё какая-то часть была выведена по другим каналам. Что-то осталось и в стране. Кое-что получили мелкие госслужащие по всей длине цепочки. Заработали торговцы, вывозившие по поддельным документам серый импорт в другие страны ЕАЭС. Получили в качестве взяток судьи и кыргызские силовики, обязанные бороться с незаконной деятельностью серого сектора. То есть деньги эти оказывают значительное влияние на экономику Республики. И не только экономику.

«В парламенте Кыргызстана везде говорят о коррупции. Но никто не говорит, что во главе коррупции стоят организованные преступные группировки, которые руководят всем. Боятся, что завтра их ударят по голове. Потому что власти проиграли организованным преступным группировкам».

Омурбек Суваналиев

Бывший заместитель секретаря Совета безопасности Кыргызстана

Итак, влияние теневого сектора Кыргызстана, объединяющего торговлю и таможню, крайне велико. Оно превосходит возможности кыргызского правительства (вернее, теневой сектор, вероятно, контролирует часть администрации).

Даже Россия (имея огромное влияние на кыргызское правительство) кажется не способна пока добиться установления порядка на кыргызской таможне в рамках ЕАЭС. Возникает ощущение, что кто-то сознательно саботирует любые инициативы в этом направлении. Попытки добиться модернизации таможенных КПП (в рамках которой будет установлен дополнительный внешний контроль, внедрена единая методика оценка стоимости грузов и сведены к минимум возможности для контрабанды) оканчиваются неудачей уже 10 лет и пережили пятерых президентов.

2009 год — вопрос реконструкции таможенного пункта "Торугарт" планируется решить в рамках соглашения между пограничной службой КР и Министерством обороны КНР о предоставлении безвозмездной военной помощи, подписанного 19 мая 2009 года.
2010 год — в связи с общественно-политической ситуацией в стране, вопрос остается нерешенным.
2011 год — Кыргызстан ведет переговоры с Китаем по выделению средств для модернизации КПП «Торугарт».
2015 год — Россия принимает решение о выделении средств на модернизацию КПП "Торугарт".
2019 год — Пятому президенту Кыргызстана докладывают, что работы завершены.
2021 год — Шестому президенту Кыргызстана докладывают, что работы будут завершены к 2022 году.

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *