Памирский кризис в Таджикистане — возможный очаг возгорания на Среднем Востоке

В середине мая мы писали  о проведенной ВС Таджикистана контртеррористической операции в Хороге в Горно-Бадахшанской автономной области (ГБАО).

Главным результатом стало убийство 22 мая неформального лидера памирцев Мамадбокира Мамадбокирова — полевого командира времён гражданской войны (1992 — 1997 гг.) 

Несмотря на объявленное завершение, силовые структуры продолжили поиск и задержание всех причастных, по мнению правительства, к беспорядкам в Хороге. 

Ещё два предполагаемых лидера преступных группировок — Хурсанд Мазоров и Зоир Раджабов — были ликвидированы в ходе очередной операции 12 июня. 

Кто такие памирцы и что из себя представляет ГБАО?
  
Горно-Бадахшанская автономная область занимает больше половины территории всего Таджикистана, и в то же время является самым малозаселенным и бедным регионом. Живут там памирцы — народ, исповедующий исмаилизм — одну из ветвей шиизма, в отличие от большей части таджиков-суннитов.

Сама по себе это крайне сплочённая нация с крепким осознанием общинной солидарности. Она держится на широко разветвленных семейно-клановых узах, основанных на религиозных устоях и обычаях. 

После распада СССР регион, обладавший широкими полномочиями при советской власти, также надеялся получить независимость. По этой причине в 1992 году в Таджикистане разразилась гражданская война, которая закончилась лишь в 1997 подписанием мирного договора на условиях предоставления автономии.

Причины противоречий официальной власти с населением ГБАО 

— Статус автономии

ГБАО — это юридически автономная, но фактически обделенная всеми правами область. Со стороны руководства отсутствует какая-либо поддержка региону, а административные органы совершенно безразличны к судьбе проживающего там народа. На фоне всего этого возник справедливый кризис доверия местного населения к властям. 

Жители ГБАО воспринимают деятельность таджикского руководства как направленную конкретно против этнических памирцев, которые испокон веков проживали в этом районе. Уже ставшие регулярными силовые операции при любой даже незначительном митинге окончательно утвердили это мнение.

— Экономическая и социальная отсталость региона

Отсутствие какой-либо поддержки стало причиной того, что в ГБАО сейчас самый высокий уровень безработицы (более 80 процентов). Цены на продукты первой необходимости на 30-40 процентов выше, чем по всей стране из-за сложностей в логистике в труднодоступную местность.

Из-за этого мужская часть населения уезжает на заработки в другие страны, в том числе в Россию. В среднем от заработка с трудовой миграции ежегодно в казну Таджикистана поступает более 40 процентов от ВВП страны.

Однако пандемия COVID-19, санкционное давление на РФ в связи с началом СВО и ужесточение миграционной политики в России сильно сказались на уровне поступлений в государственный бюджет от денежных переводов мигрантов. 

Это создало предпосылки к ухудшению экономической обстановки по всей стране, в том числе и в ГБАО, население которой очень зависимо от заработка в России.

— Присутствие военных

Наличие огромного количества военных ещё больше накаляет обстановку в Горно-Бадахшанской автономной области, удерживая местное население в постоянном напряжении и тревоге за свою жизнь.

Начиная с 2012 года, значительный воинский контингент находится на территории области. Практически во всех городах ГБАО размещены дополнительные блокпосты. Ведётся тотальная слежка за всеми жителями. 

В случае даже минимального риска возникновения очередных протестов в ГБАО сразу отключается интернет и сотовая связь, что отрезает население от внешнего мира. Это, по сути, скрывает любые действия властей в отношении жителей — по некоторым данным, в Хороге происходит чуть ли не геноцид.

Таджикские власти, проведя зачистку нежелательных для себя лиц в ГБАО, на первый взгляд решили важную проблему в неспокойном регионе. Местное население находится в запуганном состоянии без поддержки прежних авторитетных лидеров. 

Однако в этой ситуации кроется несколько нюансов, которые со временем могут всплыть на поверхность и стать причиной серьезных конфликтов не только в Таджикистане, но и в Средней Азии в целом.

Вероятность вступления памирцев в радикальные группировки 

Ранее этнические памирцы дистанцировались от всех радикальных организаций, решая все возникающие вопросы с таджикскими властями путем демонстраций и диалога. 

Да, были столкновения, были убитые с обеих сторон, но, как правило, все заканчивалось перемирием. Сейчас же ситуация иная. 

Правительство Таджикистана, по сути, приравняло митингующих к террористам и жёстко подавило очаги неповиновения, устранив важных в идеологическом плане для памирцев людей. Одновременно с этим произошла зачистка их ближнего окружения.

Такие действия могут не оставить памирцам другого выбора, кроме как бороться за свои права и свободу таким же способом, что и таджикские силовики. 

Угроза со стороны Афганистана 

Обстановка в приграничной области с Афганистаном в настоящее время крайне неспокойная из-за идущих боёв между талибами и сопротивлением во главе с Ахмадом Масудом.

В последние дни активные столкновения перешли в провинцию Бадахшан, непосредственно граничащую с ГБАО. 

Талибы видят в нынешней таджикской власти угрозу своей безопасности на севере страны из-за присутствия большого числа этнических таджиков в Афганистане. Даже сам Ахмад Масуд является таковым. 

Многие члены «Талибана» воспринимают территорию как минимум Горно-Бадахшанской области как часть «Исламского Эмирата Афганистан». Напряжение обстановки в ГБАО может возобновить интерес со стороны особо радикальных талибов к силовому захвату этой области под лозунгом объединения народов. 

Нельзя забывать, что в октябре на фоне напряжения в отношениях между двумя странами талибы направили на постоянное базирование в провинцию Бадахшан специальный батальон смертников «Лашкар-е Мансури».

Англосаксонское влияние

Мы неоднократно рассказывали о возвращении британцев на мировую арену и создания Британской Империи 2.0 путем реализации политики разжигания давних локальных конфликтов. 

Области расселения памирцев уже были частью «Большой игры» — геополитического соперничества между Британской и Российской империями за господство в Южной и Центральной Азии в XIX — начале XX веков. 

Ещё в те времена британцами реализовалась концепция «Независимого Памира». Она подразумевает объединение исторических областей проживания памирцев в унитарное государство под контролем Великобритании. В теории оно включает в себя: 

➖ ГБАО (Таджикистан)
➖ Ташкурган-Таджикский автономный уезд (Китай)
➖ провинция Бадахшан (Афганистан)
➖ округ Читрал и провинция Гилгит-Балтистан (Пакистан)

Одним из главных действующих лиц этой теории расширения влияния британцев является глава внешней разведки MI6 Ричард Мур. 

Экс-посол в Турции является сторонником идеи создания квазигосударств в рамках концепции «Великого Турана» — объединения под формальной властью Анкары тюркоязычных народов на территории бывшей советской Средней Азии, Кавказа и ряда автономных республик Российской Федерации в Поволжье, на Урале и Северном Кавказе.

Таким образом, британцы укрепляют своё влияние на постсоветском пространстве и препятствуют осуществлению каких-либо интеграционных процессов в рамках любых объединений, будь то ЕАЭС или ШОС. 

В Таджикистане британцы используют иной инструмент для продвижения своих интересов. Речь идёт об Ага Хане IV — миллиардере-исмаилите, основателе «Сети развития имени Ага Хана», через которую он финансирует различные проекты в основном в Центральной Азии.

Кто такой Ага Хан IV?

Ага Хан является миллиардером из старинного рода со связями в высшем британском обществе и по совместительству духовным лидером исмаилитов всего мира.

Официально его фонд не занимается политикой. В основном идёт инвестирование в сферы культуры, образования, здравоохранения, сельского хозяйства, а также научные исследования — в общем и целом в развитие гражданского общества по западным стандартам.

Особенно активно он взаимодействует с главами государств и финансирует страны, где присутствуют последователи исмаилизма, как, например, Таджикистан. 

Ага Хан и президент Таджикистана Эмомали Рахмон регулярно проводят двусторонние встречи на протяжении многих лет. Именно эта дружба позволяет спокойно развивать проекты исмаилитского лидера в интересах британских кураторов на территории страны.

Как британцы внедряют свою политику в Таджикистане?

«Фонд Ага Хана» при разработке подхода к развитию в каком-либо регионе привлекает партнеров для увеличения масштабов охвата. 

«Значительная часть финансирования деятельности НПО поступает от правительств заинтересованных стран, многосторонних институтов и частных организаций». 

Таковыми являются «Агентство США по международному развитию» (USAID) и «Министерством по международному развитию Великобритании» (FCDO). Например, с USAID реализуется совместный проект «Процветание Таджикистана: партнерство в социально-экономическом развитии» в Пянджском районе Хатлонской области.

При этом особое внимание уделяется строительству университетов и центров изучения исмаилизма (Университет Центральной Азии в Хороге и Исмаилитский центр в Душанбе), в которых образовательная программа построена на создании аналогичной англосаксонской системы с учетом местного менталитета.

Основные программы нацелены на реализацию потенциала автономного региона в областях экономики, образовании и культуры с перспективой ее последующей децентрализации и приходу к самодостаточности (то есть подготовка к независимости). 

При обучении культуре и национальным особенностям памирцев большой упор делается на создание «божественного» образа имама, то есть Ага Хана, в глазах исмаилитов. 

В теории распространяющаяся в мире шиитская ветвь (уже более 20 миллионов последователей по всему миру) хорошо обученных и религиозно подкованных людей не только в Таджикистане, но и других странах региона (в Киргизии, Казахстане, Индии, Афганистане, Пакистане, Бангладеш, России и так далее) могут стать мощным оружием в руках Великобритании. 

Текущая неспокойная ситуация в Среднеазиатской зоне, в частности в Пакистане, Индии, Казахстане, наглядно демонстрирует, как резко поменялся расклад сил после выхода США из Афганистана. 

Британцы воспользовались чужой слабостью и начали укреплять влияние там, где «союзники» и геополитические противники его потеряли. Позиционируя себя часть многоликого «Запада», британцы действуют исключительно в своих интересах, следуя старой колониальной политике разделения народов Азии и постепенного подчинения своей воле.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *